Исход Терры. Тень Шинрина |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Исход Терры. Тень Шинрина » Терра-3401 » 13.07.3401 — Утро для двоих
Дата, время, погода: тринадцатое июля, раннее-раннее утро.
Участники эпизода: Аарон Крамарски, Нив Мезьер
Завязка эпизода: охранник отправился будить Лейфа Лоренсена, на ходу зевая и что-то недовольно ворча. Аарон и Нив остаются наедине.
Дополнительная информация: они не виделись больше года с момента, как утратили связь в Сети, а теперь впервые встретились в реальном мире.
Отредактировано Aaron (2017-03-03 23:26:09)
И так, охранник ушёл, а спустя считанные минуты от Лоренсена пришло сообщение с благодарностью и неким недвусмысленным намёком, значение которого заставило Аарона почувствовать лёгкое потепление в по краям ушей. Он, что, действительно имел в виду что-то такое? Их чувства ему более очевидны, чем им самим? Не то, чтоб Аарон был сильно против, но ведь, по сути, это первая его с Нив встреча после долгой разлуки. А в реальном мире - и вовсе самая первая. Следует обстоятельно всё обсудить, узнать, как она жила всё это время, почему тогда оборвалась их связь. А самое главное - актуальны ли по сей день те её слова, и можно ли попробовать начать всё заново, на этот раз без идиотских ошибок.
Он сел на край постели, взглядом и каким-то неуверенным хмыканьем приглашая Нив присоединиться. Какое-то время они сидели так молча, то переглядываясь, то неловко отводя глаза. И в самом деле, что сказать? Наброситься на взволнованную и краснеющую Нив с вопросами? Невежливо и, кажется, немного жестоко. Кинуться с объятиями? Очень хочется, но он уже не настолько бессознательно сонный, чтоб сделать это вот так просто. Сразу же заговорить о своих чувствах? От этой мысли и вовсе дрожат коленки, холодеют кончики пальцев и горят щёки. Во сне это казалось куда проще. И не мудрено: проекция самого себя во сне - это чистый разум, опирающийся только на воспоминания и опыт, а в реальности есть ещё и человеческое тело, со всеми его физическими ощущениями и гормонами.
Когда молчание показалось уже попросту неприличным, и возник страх, что Нив просто встанет и уйдёт, Аарон наконец заговорил:
- Нив, ты... Ты же помнишь, что я говорил там? Ну, во сне... - Аарон поёжился. Ещё недавно он как-то умудрялся не испытывать таких чудовищных трудностей, выставляя напоказ все свои, как ему казалось, лучшие качества совершенно незнакомой девушке, чьи выдающиеся внешние данные, стоит признать, значительно опережали в женственном развитии нежные и по-детски невинные черты Нив. Так почему же сейчас сердце так бешено колотится? В самом деле, женщины и чувства к ним - это нечто непостижимое и вечное. - Просто, понимаешь... Я ведь никогда... Ну, в Сети много разных девчонок, а ты была такая... Особенная... - Ну как, как ему подобрать нужные слова? Ещё чуть-чуть и он запутается окончательно, запаникует и снова всё испортит.
По правде говоря, гораздо больше волнения в ней вызывала судьба атташе, чем присутствие Аарона на расстоянии вытянутой руки. Ну а чего волноваться-то, тут радоваться надо. Или Нив просто не могла до конца осознать, то, что далекий друг теперь не далекий и, судя по всему, даже не совсем друг.
Небо за окном принимало все более светлые и ясные оттенки. Комната, в которой сидела Нив, могла бы быть охарактеризована кем-то другим как "типично мальчишеская", но для нее все было в новинку. Будоражило уже само то, что это жилое пространство какого-то другого человека, расположение мебели, цвета, запахи - все для Нив было непривычно и оттого ужасно интересно. Но всецело отдаться любопытству мешала тревога за мистера Лоуренсена. Постукивая пальцами по лежащему на коленях терминалу, она с интересом рассматривала все, на что попадалось на глаза, время от времени сталкиваясь взглядом с Аароном. Он, похоже, тоже был немного взволнован.
О долгожданном ответе их оповестила трель терминала. Нив спешно ткнула пальцем в "прослушать" и расплылась в не менее лучезарной улыбке, чем сам атташе на записи.
- Ну, здорово, что с ним все в порядке!.. - радостно отметила она. И поняла, что не знает, как быть дальше. Уходить не хотелось. Оставаться... а можно? В воздухе повисло отдающее некой неловкостью молчание, и Нив приняла единственно верное решение - не делать ничего, пока решение не придет само. Да и к тому же присутствие Аарона ощущалось каким-то теплым душевным подъемом - не то чтобы ей было неуютно в собственной комнате, но уходить туда и оставаться в одиночестве ей почему-то совсем не хотелось.
Да и, в конце концов, у них было о чем поговорить. И темы эти были даже поважнее странного происшествия во сне.
- Куда ты... - ...исчез? Нив не договорила, уступая возможность высказаться Аарону, который каждое слово произносил с видимым усилием. Внимательно глядя на отчаянно краснеющего, бледнеющего и ерзающего хозяина комнаты, Нив ощущала легкое недоумение - они же общались. И даже, в некотором смысле, виделись. И, что могло бы показаться совсем невероятным, даже были участниками одного и того же странного хищного сна.
- Да, я, кажется, понимаю это... Ты тоже кажешься мне особенным, - с некоторой озадаченностью в голосе проговорила Нив, пытаясь подобрать что-то, что помогло бы выразить словами то, что она пыталась сказать. "Особенный" - слово, конечно, на редкость удачное (странно, что оно не пришло ей в голову раньше), но его одного было как-то недостаточно, - Помнишь, у меня тогда на "Диане"... До тебя там был мой друг, ну, с "Селестиала"... И с ним все было по-другому...
Ой, кажется, теперь и она начала отчаянно краснеть и терять возможность связно выражать мысли. Собственно, она и не отрицала, что все еще была в него безнадежно влюблена, и чувствовала, что именно это услышать он и хотел. И проще всего было так и сказать, это Нив тоже сознавала, но самый короткий путь оказался внезапно самым сложным.
- А когда... А когда туда пришел ты... Ты все понял. Ты сразу понял, какие места, ну, всегда нравились мне больше остальных. И... если честно, - эй, почему тут стало так жарко?! - Я показала тебе даже то, что не показывала Виче, потому что... Потому что... Ну... Мне казалось... Ты поймешь, почему особенные места такие особенные... Потому что, ну, ты сам... Ну, особенный... И т-ты понял!
Так, кажется, сейчас у нее из ушей пойдет пар. Но каким-то образом до сего момента Нив удавалось говорить достаточно громко, разборчиво, и не отводя взгляд. Но, далекие звезды тому свидетели, с каждым словом это было все сложнее. И, вместе с тем, было как-то чуточку проще с осознанием того, что она наконец-то может все это сказать и говорит.
- Ну и вот... - Нив сделала глубокий вдох, опустила голову, прикрыла ладошками лицо и... - Тымневсеещеоченьнравишьсяияоченьпотебескучалакогдатыпропал!
Странное дело, но мир не пошел трещинами и вообще ничего непоправимого не случилось. Нив медленно убрала руки с лица и посмотрела на Аарона почти с каким-то вызовом.
- Ну и ну, по сети это было проще... - с каким-то пространным недовольством покачала головой Нив, глядя куда угодно, только не на собеседника, - И, честно, мне... Мне хватило бы даже просто быть твоим другом, если иной вариант был бы слишком... ммм... напрягающим... И я вовсе не считаю, что в прошлый раз ты ошибся!..
В комнате вновь воцарилось неловкое молчание. За окном уже поднималось солнце, окрашивая небо в персиково-лиловые оттенки. Час все еще был ранний, но сна теперь не было ни в одном глазу.
- Вот только... Если на этот раз ты ответишь по-другому, - лицо Аарона было скрыто в тени - солнце светило ему в затылок, и от этого все же было чуточку проще говорить. Нив же неловко улыбнулась, будто извиняясь, - Т-то я понятия не имею, что тогда делать. Ну, то есть... Я не знаю, что люди должны делать в таких случаях... Примерно представляю, но могу и ошибаться... Сложно это!..
Смущенно хихикнув, Нив перевела взгляд на собственные сцепленные в замок руки, лежащие на коленях. Прощупать эту тонкую грань между очень хорошими друзьями и влюбленными казалось задачей почти неразрешимой. По крайней мере, одна она с этим точно не справится.
Отредактировано Niev (2017-03-04 02:49:03)
Сложно. Наверное, всем и всегда это даётся сложно. Но особенно тем, кто почти всю сознательную жизнь провёл в замкнутом пространстве мелкой и абсолютно бесполезной орбитальной станции с устаревшим оборудованием, в системе, из которой и люди-то почти все давным давно улетели, не часто видя даже собственных родителей. Но вся человеческая история учит одной простой истине: не ошибается тот, кто ничего не делает. Один раз Аарон уже ошибся. И если предстоит ошибиться вновь, то явно не на пройденном этапе.
- Нив, ты... Ты тоже мне очень нравишься. И всегда нравилась! Я хотел сказать тебе это ещё тогда, но не думал, что это будет так трудно! Ты добрая, умная и очень-очень милая! - Он перевёл дыхание. Дрожь в коленях ощутимо сходила на нет, и где-то внутри давали о себе знать какие-то новые, пока ещё непонятные, но, определённо, очень важные и нужные силы. Такие же важные и нужные, как сама Нив. - А ещё ты всегда смеялась над моими шутками. Даже над теми, за которые от моего канала в Сети отключались зрители. - Аарон придвинулся заметно ближе к ней, как бы невзначай касаясь кончиками пальцев её колена. Страх и волнение отступили, но никуда не делось ощущение жара. Во рту пересохло, от чего голос звучал чуть-чуть хриплым. - И я тоже понятия не имею, что нам теперь делать, но может мы... Всё-таки... Попробуем?..
Её личико настолько близко, что можно рассмотреть по-отдельности каждую ресничку и каждую частичку рассветных отблесков в её опущенных глазах. И губы отсюда выглядят по-девичьи чуть вспухшими и заманчиво мягкими, гораздо более отчётливо, чем в голопроекции. А ещё это ушко, кокетливо выглядывающее из под пряди серебристо-белых волос, к которому так и хочется прикоснуться. Откровенно говоря, если сейчас рассматривать Нив с таким вниманием, на ней не найдётся места, к которому бы не хотелось прикоснуться. Но...
Если теперь Аарон чего и боялся, то только того, что сделает что-нибудь неуклюжее и тем навредит, спугнёт девушку, которую так долго и безрезультатно искал всеми доступными способами. И если ради этого по-детски неловкого, но такого чувственно-тёплого рассвета нужно было пережить ночной кошмар с тьмой и чудовищами, то это того, определённо, стоило.
И вот снова он почувствовал неловкость от затянувшейся паузы. Такое чувство, что надо сказать ну хоть что-нибудь, лишь бы не какую-то несусветную глупость, испортив, кажется, самый важный момент жизни за последнее время. Да. Сказать что-нибудь соответственное моменту, но не глупость.
- Нив, ты... Ты же никогда не целовалась, да?..
Шайтан!
Самым страшным в действительности оказалось начать. Теперь, когда ее слова уже были сказаны, их все равно было не воротить, да и не очень-то хотелось. Все теперь было в руках Аарона, и сомневаться в том, что он справится, не приходилось. И по мере того, как он говорил, Нив ощущала, как тяжелый камень, который она таскала на сердце все время их разлуки, и к которому привыкла настолько, что уже и вовсе перестала замечать, словно бы таял. И от этого сердце стучало быстрее, а голова кружилась сильнее, чем от ее первого выхода за пределы "Дианы".
Но это были приятные ощущения. И теперь, когда Аарон придвинулся настолько близко, что Нив могла ощущать исходящее от него совершенно человеческое тепло, все стало небывало ясно и понятно. Свалившееся откровение было настолько простым и понятным, что от него хотелось то ли плакать, то ли смеяться.
Когда разделяешь чувства с кем-то, а не хранишь их, сокрытыми, они совсем другие. Они гораздо сильнее. И теперь "быть просто другом" точно было недостаточно. Нив и подумать не могла, что может испытывать что-то такое. В этом были одновременно и вечнозеленые джунгли, и скрипучие ледники, и рассвет за окном, и песчаные бури, и безоблачно-синие небеса, и самые далекие звезды. Как будто бы все ощущения мира сплелись в одно цветущее и пульсирующее что-то у нее в груди.
Пальцы ее робко скользнули по ладони Аарона. И в самом деле, чего тут бояться?
Прежде ей не доводилось видеть людей настолько вблизи. Нив очень слабо представляла, какие люди считаются красивыми, а какие нет. Сеть пестрила совершенно противоречивыми мнениями, но и в них она редко вчитывалась - всегда находились темы и поинтереснее. Так что сейчас она могла только сказать, что ей однозначно нравится происходящее. Дышать одним воздухом в самом буквальном смысле этого выражения было определенно приятным опытом.
- Нет... - как завороженная покачала головой Нив. Сейчас она пребывала в очень странном состоянии, ощущая одновременно и небывалый покой, и небывалый подъем, и, кажется, не вполне контролировала себя, - А ты знаешь, что среди животных Терры поцелуи встречаются только у некоторых приматов? Большинству зверей достаточно обнюхивать друга, чтобы улавливать нужные феромоны. Но у человека слишком слабое обоняние, и нужно придвинуться очень-очень плотно к другому, чтобы их учуять...
О дальнейших своих действиях Нив не размышляла ни мгновения. Это снова было похоже на сон, только на очень правильный сон, в котором происходят только естественные и правильные вещи.
Их поцелуй был совершенно целомудренным прикосновением губ, но, отстраняясь и убирая руки с лица Аарона, Нив почувствовала, как возвращается в реальность. Она вовсе не жалела о том, что сейчас сделала, но теперь это смущало несколько больше, чем полминуты назад. Ошарашенно хлопая глазами, будто недоумевая - это что, она сейчас сделала? - Нив смущенно заправила прядь волос за ухо.
В комнате снова воцарилось молчание, неловкое, но не напряженное. Нив все не могла унять сердцебиение. Наверное, теперь нужно что-то сказать? Как-то подкрепить произошедшее словами? Или что? Ух, сложно-то как!
- У тебя очень смешные шутки, и я понятия не имею, чего им в твоих шутках не нравится! - резко выпалила Нив в той же ошарашенной манере, с которой теребила собственные волосы и бегала взглядом по комнате.
Кажется, это было не совсем то, что принято говорить в такие моменты.
Отредактировано Niev (2017-03-04 20:51:55)
Как ни странно, ни взрыва возмущения, ни бегства в ужасе не последовало. Феромоны. Кажется, Аарона окатило целым ушатом этих самых феромонов, когда их лица сблизились. Прикосновение чего он почувствовал сначала: тёплых и нежных ладоней к своим щекам, или мягкие, чуть дрожащие губы? Может, и то и другое одновременно? Аарон не знал. Он только знал, что его руки так же легли на щёки Нив. И что, кажется, его губы тоже чуть дрожат. На какое-то короткое мгновение всё вокруг, кроме волшебных ощущений, перестало существовать. Просто за ненадобностью. Всё нужное уже само по себе было в этих ощущениях. Одно касание, но сколько в нём волнения, тепла, радости обретения чего-то прекрасного! Простой, пожалуй, даже детский поцелуй, которого в будущем наверняка будет уже недостаточно, но такой необходимый именно здесь и сейчас. Нив особенная. Аарон обязательно запомнит этот момент на всю оставшуюся жизнь, как бы долго она ни длилась, и чего бы в ней ни случилось.
Она очень мило теребит волосы, очень мило смущается, очень мило волнуется. Что у людей принято говорить после первого поцелуя? А надо ли? В конце концов, чистое наслаждение - просто смотреть на неё и радоваться, что несмотря на глупость той его ошибки, на долгую разлуку, на ночной кошмар, то, что случилось и должно было случится, наконец произошло и отпечаталось в памяти сладким волнением, биением сердца, секундным исчезновением всего вокруг и обретением, наконец, друг друга.
- Я знаю, Нив. Мне самому мои шутки тоже нравятся. - Аарон пребывал будто в слабом трансе, всё ещё осмысляя произошедшее и мысленно смакуя пережитый момент. Кажется, сейчас он находился в той самой точке абсолютной гармонии, когда силы переполняют изнутри, но не разрывают побуждением к действию, а просто ощущаются, как часть чего-то ещё большего и бесконечно доброго.
Он решил не спрашивать разрешения. Зачем спрашивать его для простых объятий, когда они, кажется, только что всё между собой уже решили? Руки Аарона мягко обхватили талию Нив, и он прижал её к себе. Не слишком крепко, но очень тепло. Может, это ему просто кажется на волне чувств, но он может своим телом почувствовать, как бьётся её сердце.
- Я целый год делал всё, что мог, чтоб связаться с тобой. Но узел "Дианы" будто был вырезан из Сети. Как такое могло произойти? - Он смотрел прямо в её глаза - Пожалуйста, Нив, не исчезай больше.
Могла ли Нив подумать неделю назад, что стоит прожить каких-то семь дней сверх того года с небольшим, чтобы можно было вот так обниматься с человеком, который казался ей давно и безнадежно потерянным. Эти объятия были не такими, как те, во сне - тогда она обнимала, как ей казалось, собственного призрака. Ее чувства, как она полагала, все еще оставались заперты в ней же самой.
Сейчас было иначе. Призрак вернулся живым человеком, и в этих объятиях было нечто иное. Нив не могла так же стиснуть его, как на той лестнице. Пока не могла. Сейчас ее руки немного подрагивали, сердце колотилось ничуть не медленнее, чем сердце Аарона, а эмоции были очень яркой, но совершенно неразборчивой кашей. Сейчас происходящее казалось чем-то настолько хорошим, что нереальным, и было страшно, что любое неосторожное и резкое действие прервет ту магию, что позволила им воссоединиться.
Да, пока что Нив не может обнять Аарона так же беспечно, как тогда во сне. Но потом обязательно сможет.
- Я... я не пропадала! - почти умоляюще запротестовала Нив, - Честное слово, я была там же, где и была. Я никуда не девалась, и "Диана" где стояла, там и стоит. Понятия не имею... как так вышло.
И Нив не врала. Это просто однажды случилось. И тут уж плачь-не плачь - если тебе не может помочь даже тот, кто был создан для того, чтобы сеть в Солнечной системе работала, то ничего не поделать.
- Я тоже пыталась тебя найти! Я просила помочь Виче, ну, того, с "Селестиала", он же как раз сетью и занимался. Я в этих вещах разбираюсь не очень, и думала, что он сможет помочь. Но... - Нив вздохнула, опустив глаза, - Он сказал, что все это может значить только то, что узла, с которым я связывалась, нет физически. Сказал, что, скорее всего, станцию твоих родителей списали, а их самих - перевели. Вот я и подумала... Что ты... Улетел и ничего не сказал...
Стараясь не слишком мешать их объятиям, Нив взяла в руки свой терминал. Выведя проекцию рабочего пространства, она вышла в сеть.
- Вот, смотри... - Нив попыталась открыть страницу Аарона в одной из игр, где они проводили много времени прежде. "Вы были заблокированы владельцем страницы". Страницу на спэйсбуке. "Заблокировано". Еще несколько страниц. Заблокировано, заблокировано, заблокировано. Наконец, страница, где проходили стримы и лежал архив из старых записей. И здесь тоже "вы заблокированы".
Снова воцарилось молчание. И прервала его снова Нив.
- Я верю, что ты не исчезал нарочно, - и тихо добавила, - Теперь - точно верю. Наверняка дело в какой-то ошибке, но Виче сказал, что раз ты меня заблокировал везде, то было за что, и ему нет смысла помогать искать мне обходные пути. Теперь, думаю, если ты скажешь о том, что этого не делал, все исправят. Правда, это будет сложнее, нас всех же отстранили, теперь надо говорить с теми, кто работает на Деметре... Глупо вышло, правда?
С печальным смешком Нив отложила терминал. Щурясь от бьющих в глаза рассветных лучей, она прильнула к Аарону и легко обняла его в ответ, с самым довольным видом положив голову на плечо. Кто бы мог подумать, что такой ранний час может быть настолько хорошим?
- Хотя, наверное, теперь это уже не так важно, да?.. - и снова хихикнула. Теперь уже совершенно чисто, почти по-детски, и без какой бы то ни было затаенной горечи.
И в самом деле. Заблокировано. Аарон невольно вздрогнул, представив, как могло выглядеть со стороны, будто бы он собственной рукой отрезает Нив все возможные способы связаться с ним. Вот так бесчеловечно и бездушно, ни слова не говоря. Он, конечно, признавал себя трусливым идиотом, который и Нив, и себе всё сам испортил, но ему бы даже в голову не пришло поступить настолько глупо и жестоко. Благо, теперь это действительно было совершенно не важно.
- Да, не важно. Если захочешь поговорить со мной в Сети, сигналь напрямую в эту комнату. - Хихикнул он в ответ, лучезарно улыбаясь и прижимая девушку к себе покрепче. Но хотя бы из любопытства стоит пообщаться с этим Виче, расспросить о природе подобных ошибок Сети. Кроме того, что же это за друг такой, который "не видит смысла помогать"? Поднимать этот вопрос сейчас Аарон не стал, дабы не портить такой замечательный момент. То, что они снова нашли друг друга, и не как-нибудь, а в самом настоящем реальном мире, да ещё и живут в одном доме, уже само по себе прекрасно. Даром, что не в одной комнате, но не всё же сразу, в самом-то деле. Сейчас у Аарона несколько другие приоритеты.
- Нив, ты же не будешь против... - Лишь на секунду он замялся: любовные отношения - это так непривычно! - Если мы, эмм, закрепим результат? Ну, в смысле поцелуев... - Теперь уже не страшно. И мысль о том, что Нив может сбежать в пугливом смущении, не тревожит. Пока они так сидят, прижавшись друг к другу, вообще никакая мысль не тревожит. Аарон мягко зарылся пальцами в серебристые волосы... Подруги? Своей девушки? Как ему теперь её лучше называть и как о ней думать? Пожалуй, второй вариант вполне звучит. И придаёт общей картине их отношений некую целостность, а ему самому заметно прибавляет уверенности в себе. Он осторожно берёт ей за подбородок и смотрит в глаза, несколько долгих - (или же стремительных?) - секунд чего-то ожидая, глядя в глаза, а потом припадает губами к её губам. Теперь заметно смелее, чем в первый раз. Даже несколько настойчиво, с ноткой чисто мальчишеской наглости. Пусть будет жарче, пусть граница между ними будет от раза к разу, от секунды к секунде всё тоньше.
Нив невинна и пуглива, едва ли приспособлена к жизни. Как и он сам, всю жизнь проживший в шайтановой консервной банке на орбите. И будет здорово, если эту науку они будут постигать вместе. А смелые открытые поцелуи - вполне неплохой первый урок для них двоих этим чудесным солнечным июльским утром.
Странно было бы, будь она против. Говорить об этом, впрочем, незачем, когда можно просто покорно податься навстречу Аарону и, прикрыв глаза, позволить миру вокруг исчезнуть. Какое там гаснущее Солнце! Взорвись прямо сейчас все звезды во Вселенной, они бы и не заметили.
Нив действовала совершенно по наитию, и этого, вроде бы, вполне хватало. Руки ее остановились на плечах Аарона, язык выделывал какие-то немыслимые (хоть и несколько неловкие) пируэты, а сбивчивое и прерывистое дыхание только сильнее теряло ритм. И прежде чем отстраниться, Нив напоследок мягко коснулась губ Аарона своими.
А потом улыбнулась с каким-то ранее неведомым для самой себя кокетством и засмеялась, тихонько и немного смущенно. Щеки ее зарделись, глаза блестели, и вообще весь вид ее словно бы говорил о неком снизошедшем на нее приятном откровении, которым срочно хочется поделиться со всем миром.
- Эй... Слушай, вот скажи, а ты куда податься хочешь? Ну, когда здесь все кончится, - подбирать темы для разговора было удивительно сложно. Обсуждать в такой обстановке планы на будущее - это нормально? Не рано ли поднимать такие темы? Или они вообще больше подходят для этих, как их там... Светских бесед?
Да и стоит ли говорить о грядущей разлуке, когда они только-только воссоединились? Да и разлука ли это будет? С одной стороны, Нив всем сердцем желала более никогда не разлучаться с тем, кого уже однажды так глупо потеряла. А с другой - имела ли она право как-то повлиять на его выбор жизненного пути?
Да, понимала она, вероятность того, что они с Аароном не разойдутся по Вселенной через этот год очень мала. Настолько мала, что ее можно было бы назвать чудом.
Но одно чудо с ней уже случилось. Быть может, если очень попросить, случится и второе?
- За год, наверное, многое может случиться, но... - Нив смущенно улыбнулась, - Но ведь за тот год, что мы не общались, все самое важное осталось прежним, верно? Так что, наверное, как насчет того, чтобы, ну... Не слишком разбредаться по космосу?..
А, быть может, дело было в том, что долгое время у Нив не было ничего, кроме фантазий о будущем, в котором будет весь мир, а не только многоярусный цветочный горшок (это название "Диане" тоже придумал Аарон, еще тогда, когда они были друг другу лишь бестелесными голограммами). И теперь, когда мир начал распускаться перед Нив, будто цветок, свыкнуться с человеческим теплом на год, а потом его потерять, казалось чем-то непостижимо ужасным.
Даже сейчас, когда они пробыли вместе всего несколько десятков минут, Нив понимала, что расстаться с этим чувством будет ей не по силам.
- Может, сейчас не стоит говорить о таких грустных вещах, но мне бы не хотелось жить с ожиданием того, как этот год кончится, и как ты снова будешь где-то... там... - Нив проговорила это с удивительной твердостью и шумно выдохнула, - Можешь... Ну, можешь не отвечать прямо сейчас, если еще ничего не решил - подумай хорошенько. Это все-таки штуки сложные...
Улыбнувшись той самой своей робкой улыбкой, Нив поднялась, подошла к окну, где вовсю уже светило чистое утреннее солнце. Нив распахнула его, и свежий июльский ветер пронесся в комнату, колыхая шторы и ее волосы.
- А пока что расскажи, чего у тебя нового? Моя последняя посылка до тебя дошла? Играешь еще во что-нибудь из того, во что мы играли? И, самое главное... - выудив из кармана ключи, к которым был прикреплен один из подарков Аарона - брелок в виде некоего лупоглазого создания с хоботом, шерстью, шестью ногами и небесно-голубой чешуей, Нив не на шутку встревоженно повернулась к хозяину комнаты, - Напомни, что это за зверь и откуда? Я... Н-ну... Забыла... Хотя ты мне говорил...
Оказывается, невинная и пугливая Нив может по наитию демонстрировать очень неплохие результаты в дисциплине поцелуев. Ух ты! Хотя, не Аарону, с его сугубо теоретическими знаниями, размышлять о том, какие результаты можно назвать неплохими. Но ему очень нравится то, как всё выходит. Может, местами слишком угловато и неловко, местами очень уж мокро. Но когда на губах ощущается сбивчивое дыхание Нив, и от этого очень тепло и приятно - это ли не главное?
А после поцелуя она так улыбается чуть распухшими и поблёскивающими губами, таинственно по-новому, от чего сердце, кажется, делает радостный кувырок, волна тепла проносится по телу, и во рту снова предательски сохнет. Но уже от каких-то новых чувств, очень похожих на лёгкое возбуждение. Аарон прежде и представить себе не мог, что Нив способна, пусть даже неосознанно, быть такой. Может это от того, что она из неопоколения и не совсем человек. Может от царящей в комнате волшебной атмосферы. А может это просто он сейчас смотрит на неё глазами по уши влюблённого идиота.
Аарон откинулся на кровать, убирая руки под голову. Если бы сейчас он мог взлететь от эмоций, то наверняка пробил бы потолок.
- Я пока не думал о том, что будет потом... Зависит от того, куда меня определят по профилю, но... Ты знаешь, хочется чего-то такого, чтоб не приходилось всё время сидеть на одном месте. Мне это ужасно надоело. И даже если нас с тобой раскидает... Ты знаешь, мы же не в первую космическую эру живём, перелёт с одного рукава галактики до другого не такой уж и долгий. - Он сделал паузу и, хихикнув, добавил - Но в Сети уж точно надо будет завести страницу, где ты у меня всегда будешь на связи.
На самом деле сейчас ему совершенно не хотелось забивать себе голову мыслями о будущем. Солнце пока ещё светит, Терра пока ещё не горит, учёбы впереди ещё целый год. И пока этот год длиться, они уж точно будут вместе. А потом... В идеале Аарон давно мечтал отправиться путешествовать по галактике. Он столько всего не видел и так мало знал о том, как на самом деле сейчас живёт большая космическая цивилизация человечества, что ему категорически трудно было представить себя в каком-то конкретном месте. А уж если к его старому драндулёту прикрутить гиперпривод, то летать можно вообще где угодно, не ограничиваясь каким-то одним сектором. И хорошо бы, если бы Нив была всегда рядом. Но это уже, конечно, в идеалах мальчишеской романтики.
- В последнее время мне было не до игр. Ну, знаешь... Одному, без тебя не так интересно... Я больше увлёкся полётами "по развалинкам", до перевода сюда больше их и стримил. - Неловкая пауза - А посылок мне никаких не приходило. Наверно, тоже из-за этой шайтанщины с Сетью. А что там было-то?
Он перевёл взгляд на брелок. - Склисс? Докосмическая террнанская муха на одной из планет умудрилась вот так вот стремительно мутировать и вписаться в экосистему.
- Хмм... - Нив поднесла брелок к глазами и, нахмурившись, вгляделась в зверька, болтавшегося туда-сюда. В какой-то момент лицо ее просияло, - И правда, муха!
Все эти эволюционные перипетии, конечно, были очень интересны, но сейчас радость от такого откровения была немного сумрачной, немного омраченной. Этот неуверенный тон - совсем не то, что она хотела слышать от Аарона. Ни тогда, ни сейчас. Излишне богатое воображение рисовало Нив картину не скорого, но планомерно подступающего расставания. Видение было таким ярким и живым, что она чуть было не загрустила от него всерьез.
Но если подумать... В прошлый раз ведь он тоже сказал ужасно грустные вещи, хотя, на самом деле, хотел-то сказать совсем другое. Он не ошибется. На этот раз - не ошибется, и Нив будет в это верить. Сама же говорила каких-то минут двадцать назад, что он для нее особенный. Помимо выражения собственных светлых чувств, это казалось ей чем-то вроде крепкого обязательства, в котором она пообещала Аарону безоговорочно в него верить и ждать от него только хорошего.
Ведь если даже тот, кто вызывает в ней настолько невероятные чувства, может подвести, то во что вообще можно верить?
В несколько твердых шагов преодолев расстояние до кровати, Нив присела рядом с вальяжно развалившимся Аароном. И, совершенно неожиданно склонившись над ним, пылко произнесла:
- Я в тебя верю, - несколько секунд она пронзительно смотрела прямо в его глаза. Это тоже своего рода договор, как надеялась Нив. Если в кого-то сильно-сильно верить, то он не подведет. Так это должно работать, да?
Поднявшись, Нив села, широко улыбнувшись Аарону. Какое-то время они провели в молчании - теперь оно было лишено напряжения или волнения. Занавески время от времени вздымались ветром, а взгляд Нив то задерживался на лице Аарона, то блуждал где-то в древесной зелени за окном.
- А меня какой-то институт из седьмого сектора продвижения хочет в экспедиции по терраформированию взять, - зачем-то сказала Нив, прерывая молчание. Голос ее звучал то ли хвастливо, то ли с каким-то вызовом, то ли просто с нажимом, а сама она все еще глядела за окно с пространной полуулыбкой, - Я смогу где-нибудь склиссов поселить. Или просто мух, а потом они превратятся во что-то новое. И я смогу их как-нибудь назвать. Как захочу.
Буря очень неясных чувств бушевала в Нив. Восторг неожиданно обратился какой-то горечью, которую она и сама плохо понимала, но сильно хотела донести до Аарона.
На секунду Аарона кольнуло какое-то странное чувство, не очень уместно ложащееся на столь приятную гамму эмоций от долгожданного воссоединения. Что значит "я в тебя верю"? Ну, то есть, здорово, конечно. Очень приятно, что Нив в него верит. В общем-то, одного этого уже должно быть достаточно, чтоб, вспоминая в нужный момент об этой вере Нив, Аарон мог добиваться чего угодно. Не очень понятно только, зачем она сейчас это сказала? Звучат эти слова так, будто Нив с ним сейчас не наслаждается встречей, а о чём-то пытается с ним спорить. Но что такого он сказал? Краешком сознания Аарон будто ощутил вину за что-то, абсолютно при этом не осознавая, за что же именно, и должен ли он чувствовать эту вину на самом деле. Всё таки Аарон ещё слишком неопытен для осмысленного самокопания и довольно труслив, чтоб обсуждать свои чувства с другими. Особенно если его чувства напрямую касаются чувств этих самых "других". Особенно если речь о Нив. Потому он предпочёл просто не думать и поскорее забыть о кольнувшем его странном чувстве.
- Терраформирование? Нив, это же классно! - Лицо Аарона засияло живым интересом, он даже поднялся, глядя в лицо... Да, в лицо своей девушке. Пусть отныне это звучит в голове именно так. Нив - его девушка. Аарону нравится. - Ты же сможешь летать по всей галактике, каждую планету-пустыню проектируя как... Как особенное место, ну, ты понимаешь, о чём я!
Он вспомнил, как голопроекцией гулял с Нив по ярусам "Дианы". Там были такие места, в которых они с Нив вместе будто забывали, что она показывает ему "цветочный горшок". Те самые особенные места, уголки живой природы в открытом космосе. Не просто вольеры и оранжереи, а целые микроэкосистемы. Павильоны, обустройство которых было призвано целиком воссоздать замкнутую цепь природных условий и форм жизни, которым для выживания и размножения необходимо быть друг рядом с другом. Например, искусственные своды пещеры со сталактитами, поросшими свисающими вниз длинными "прядями" ярко фосфоресцирующих грибковых наростов, спорами которых питались диковинные растения, приспособившиеся брать всё прочее необходимое из сырой минеральной породы, оплетая корнями сталагмиты снизу. Корни обрастали несколькими видами разноцветного мха, собиравшего в себе мельчайшие крупицы минералов, образуя почву, из которой тянулись научившиеся жить в такой системе травы. Здесь селилась и живность, о которой Аарон едва ли что-то знал. И хотя в основном это были насекомые, головоногие, черви и арахниды, общая картина выглядела чарующей. О да, Аарон уверен:
- Будь ты терраформером, из твоих проектов выходили бы самые красивые планеты галактики, Нив!
- А? - Нив залилась густой краской (даже еще более густой, чем некоторое время назад), услышав восторг в голосе Аарона. Перспектива податься в терраформирование ей нравилась, и она с удовольствием готова была бы занимать даже те не самые высокие должности, которые ей готовы были предложить поначалу. Но руководить собственными проектами... Это казалось и круто и невыполнимо одновременно. Но, честное слово, было бы очень здорово!
- Т-ты... Ты правда так думаешь? - Нив взволнованно обернулась к Аарону. Новое будоражащее чувство заняло собой все ее мысли, отогнав дурное если не на совсем, то уж точно на второй план, - Руководить своим проектом, наверное жутко трудно... Но, если честно, мне бы хотелось попробовать. Ну, когда-нибудь... потом...
Нив мечтательно вздохнула и, скинув с ног обувь, обняла колени, откинувшись на стену.
- А ты знаешь, что некоторые виды мхов - это те же виды, что когда-то образовались в раннем девоне? Им не меньше миллиарда лет. А что тогда, что сейчас - живут... И целые леса были, болотистые, непроходимые. Из этого самого мха, плавунов всяких, лишайников... Некоторые, кстати, тоже и сейчас те же самые, что и тогда, - увлеченно болтала Нив, - Люди встали на две ноги, войны всякие вели, умирали, а потом и вовсе в космос улетели. А им хоть бы что, они все живут. Или, например, в нескольких часах полета отсюда на восток есть реликтовый секвойный лес. Кстати, ты знаешь о том, что на Терре сейчас порядка восьмидесяти шести процента всех лесов относятся к реликтовым, это процентов на двадцать выше, чем в конце позапрошлого столетия. Это из-за того, что здесь сократили использование технологий... Потом даже оказалось, что несколько видов, бывших на грани вымирания, восстановили свою популяцию просто потому что у них появилось место для жизни.
Нив явно чувствовала себя в своей тарелке, рассказывая Аарону о том единственном, в чем она действительно хорошо разбирается. Даже речь ее лилась стройным потоком, не прерывалась, не сбивалась, и голос звучал на удивление уверенно.
- И вот я думаю, - в голосе ее вдруг зазвучала какая-то тоска, - Вот росло оно все миллиарды лет, а теперь, что, так просто раз, и все?.. Да, конечно, в терраформинге применяют большей частью терранские растения, потому что они лучше всего создают подходящие условия для человеческого вида, и поэтому на куче планет есть живет эта флора и фауна, но... Я просто не понимаю, как может быть такое, чтобы это все было здесь, а потом самого этого здесь не стало. То есть, конечно, понимаю, но...
Нив повернулась к Аарону с совершенно потерянным видом и обессиленно опустила голову на собственные колени.
- Это как-то слишком грустно, тебе не кажется? - и умолкла, растерянно улыбнувшись.
Отредактировано Niev (2017-03-09 01:05:09)
Обычно Аарон не стеснялся в красках расписывать, как Солнце вместе с Террой уже давно отжили своё, и как здорово, что теперь эта насквозь бесполезная система останется только в исторических хрониках цивилизации. Но сейчас он чем-то внутренним чуял, что Нив расстроится окончательно, заговори он об этом. Он вздохнул.
- Ну смотри... Звёзды - это ведь что? Огромные космические облака газов, которые, сталкиваясь друг с другом, миллиарды лет вращаются, смешиваясь и вступая в мощную тепловую реакцию. Такой себе взрыв, который до последнего удерживает сам себя собственной силой тяжести, пока реакция не кончится. А планеты - это то же самое, только вместо газов космическая пыль, которая сжимается в камень, удерживаясь на орбите звезды. - Он подсел поближе, аккуратно кладя руки на плечи Нив. Очень не хотелось видеть её подавленной, хотелось как-то поддержать. - Ну, они же тоже когда-то начались и когда-то должны закончиться. Зато, если где-то звезда потухла, то где-то зажглась новая. И, ну... Здесь когда-то появились первые люди, которые теперь расселились по всей галактике. Получается, всё было не зря! А люди же, ну, научились пролетать небывалые расстояния через космос, фактически, обманывая время, которое в удалённом от источников силы тяжести вакууме течёт иначе. А если бы не научились, то вышло бы так, что и те звёзды, до которых люди долетели, тоже пропали бы зря, потому, что отсюда, с Терры, они условно погасли давным давно. Но в итоге-то и Солнце отжило своё не зря, и Терра не зря, и все остальные небесные тела... Шайтан, да мы охренеть какой крутой вид!
Аарон ободряюще хихикнул, глядя в её глаза, невольно приближаясь лицом, так, что кончики носов соприкоснулись. Последнее не могло не вызвать у него чуть смущённой улыбки. Даже, кажется, снова слегка нагрелись края ушей. Но Аарон не обратил на это никакого внимания. Поддавшись внезапному порыву он резко подался ещё вперёд, атакуя пылким поцелуем губы девушки. Будто бы подкрепляя свою ободряющую речь чем-то очень важным, с чем точно никак нельзя поспорить, и после чего ей никак нельзя будет оставаться в таком печальном настроении. В этот раз у него получалась как-то ещё более горячо, чем в два предыдущих. Сначала не очень уверенно, но с каждой секундой всё напористей и наглее. Рука ласково скользнула вниз по спине девушки. Она ведь не будет против, правда?..
То, как Аарон говорил о космосе, увлекало Нив. Чуть подавшись навстречу его объятиям, она уже не выглядела такой обессиленно-печальной. Звезд во Вселенной было бесчисленное множество, а уж сколько планет, из которых колонизированы людьми были, по очень примерным подсчетам, менее полутора процента - это все Нив и сама прекрасно знала. Но как-то не утешало. У нее-то всегда была одна Терра.
Она никогда не думала обо всем этом с той точки зрения, с которой сейчас говорил Аарон. Блеск в его глазах, восторженный голос - все вызывало в Нив ощущение какой-то непознанной новизны. Будто бы раньше она просто знала о существовании такой точки зрения, но только сейчас смогла краешком глаза посмотреть с нее на Вселенную. И это... было грандиозно.
Ощущение этой грандиозности, смешиваясь с теплом рук Аарона, с блеском глаз Аарона, со звуком голоса Аарона было даже сильнее того, что она ощутила, впервые коснувшись его губ своими. Сердце колотилось пуще прежнего, уши и щеки горели так, что впору было включиться противопожарной системе, а дыхание давалось с трудом.
А он, тем временем, приблизился к ее лицу своим, тепло хихикнул и поцеловал. Кто бы мог подумать, что люди могут быть такими настоящими?
Их третий поцелуй (Нив считала, жадно запоминая каждую подробность) был не чета двум предыдущим - тогда они словно бы примерялись к этой новой игре, а теперь азы были усвоены, и подростки могли позволить себе чуть-чуть лишиться рассудка. Это было почти горячо, но ни на миг не обжигало. Отвечая на поцелуй со всей своей девичьей неистовостью, дыша как-то через раз, Нив всем телом прильнула к Аарону. Одной рукой она крепко обнимала его за плечи, другой - теребила светлые волосы.
Аарон аккуратно коснулся ее обнаженной спины, торчащей из под пижамы - калейдоскоп новых ощущений на сегодня не окончен. Ей доводилась чувствовать тяжесть чужой руки на плече, ее трепали по волосам, даже обнимали, но большая часть ее тела все еще не ведала людских прикосновений. Особенно напрямую, без преграды-одежды. И потому Нив вздрогнула, но не отстранилась, ничем не демонстрируя неприязни к этим прикосновениям. Сказать по правде, все было наоборот - ей нравилось, что ее тела касаются, ей нравилось, что это был Аарон, и она всем сердцем хотела, чтобы он не убирал руку с ее кожи.
Сердце отбивало такт неимоверно быстро, жар распространился с щек на все тело, а дыхание стало каким-то вязким и тяжелым. Нив с улыбкой отстранилась и легким толчком повалила Аарона обратно на кровать. Верхняя пуговица на ее пижаме в какой-то момент расстегнулась, и кофта чуть сползла, обнажая ключицу и часть плеча.
- А ты знаешь... что... - взволнованная хрипотца в собственном голосе делала его не похожим на то, что ей приходилось слышать от самой себя прежде. Глаза ее блестели, а мысли лихорадочно сменяли одна другую. Несколько секунд она просто шумно дышала, а потом торопливо пробормотала, - Ай, к шайтану моллюсков.
И, совершенно по-кошачьи примостившись к Аарону, развернула его лицо к себе и это был их четвертый поцелуй.
С каждым разом получалось все лучше и лучше.
Определённо, Нив не оказалась против. Аарон этого не ожидал, но последующего толчка он не ожидал ещё больше. Он судорожно сглотнул, пытаясь внимательно изучать взглядом эту удивительную сторону Нив. Как нужно реагировать на девушку мечты, красную от возбуждения, которая, сев на него, внезапно прижимается всем телом и лезет целоваться ещё активнее, чем он только что?.. Но особого толка в от этих размышлений не было, мысли лихорадочно носились в голове, путаясь и теряясь. Они не важны. Важно только здесь и сейчас. Здесь и сейчас на кончиках пальцев играет мягкость кожи особенной девушки. Его девушки. В то время, как сама девушка прижимается всё сильнее, и от ней исходит какое-то совершенно особенное будоражащее тепло. О таком воссоединении он если и мечтал, то очень украдкой, и вслух об этом никогда бы не сказал.
Аарон сильнее прижимал к себе Нив, несдержанно, неловко и наугад скользя ладонью по её спине. Беспомощно кружащиеся мысли утихли вовсе, растворившись перед новым, диким чувством. Нет, Аарон прекрасно был осведомлён в мельчайших подробностях о том, что происходит, когда мужчина и женщина очень любят друг друга. Естественно, не только с точки зрения биологической науки. История запросов в Сети может это подтвердить. Но сейчас, здесь, с Нив - это нечто совершенно иное. Не просто сухое возбуждение, и никакого больше гнетущего чувства одиночества. Одна рука - вверх, вдоль позвоночника. Другая - вниз, к пояснице. Нив шумно дышит прямо ему прямо в лицо, стоит ничем не сдерживаемому поцелую на долю секунды прерваться. Она делает поцелуй излишне мокрым в порыве страсти. Это мило. Аарон, впрочем, тоже потерял контроль, часто проводя языком по губам Нив и дыша ей в лицо в ответ. Похоже, это никого из них уже не беспокоило. Важно было только это новое, безумное и ослепительно живое ощущение, переполняющее тело. Языки кружились не в танце, а в спарринге, демонстрируя, кто во что горазд.
Аарон не думал. Рука сама, по коллективной воле тела, скользит через поясницу под пижамные штаны, исследовать кожу ягодиц. Но пока ненавязчиво, даже чуть боязливо, будто проверяя на ощупь границы дозволенного, не задерживаясь на одном месте дольше мгновения. Один раз он всё таки набрался смелости, чтоб обхватить мягкую округлость ладонью. Насколько же далеко они зайдут?
Отредактировано Aaron (2017-03-12 23:13:13)
Занавески колышутся под порывами ветра, врывающимися в комнату, но даже это не помогает - здесь все равно чудовищно жарко. От прикосновений Аарона по коже бегут мурашки, и это неплохое дополнение к их аритмичному поцелую, насквозь пропитанному упомянутыми чуть ранее феромонами.
Нив отстраняется, тяжело дыша и заправляя прядь волос за ухо для одного лишь того, чтобы сразу же вернуться к губам Аарона. В одном она сейчас убеждена точно - это не мог быть никто, кроме него. В Аароне буквально все привлекает Нив - ей нравится, как он выглядит, от звуков его голоса сердце и в самом деле стучит чуть быстрее, а от осторожных прикосновений самыми кончиками пальцев в животе что-то трепетное приятно скручивается в тугой узел. Он теплый - от карих глаз и суховатых губ до едва уловимого кофейно-коричного запаха и манеры говорить.
Да, видимо, как-то так человеку и предписано природой улавливать чужие феромоны.
И все же помимо жадной, полоумной и несдержанной страсти, Нив разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, сейчас было хорошо. И в этом было все то, что она хотела сказать ему за этот год, но не могла. В этом было все то, что они хотели сказать друг другу за то время, когда могли были быть рядом только бестелесными голограммами. Это был самый естественный путь, на который ее вело влечение к этому растрепанному белобрысому мальчишке, и Нив искренне получала волнительное удовольствие от происходящего.
С другой стороны, она все же была сведуща во всех аспектах жизни млекопитающих, даже если речь шла об уникальной ветви эволюции высших приматов. Короче говоря - Нив прекрасно понимала, куда дует ветер, и по какому тонкому льду сейчас ходит. И хотя она появилась на свет здоровым подростком со всеми присущими здоровому подростку потребностями, перед ней вдруг встал вопрос: а действительно ли она хочет сейчас перейти эту грань?
Даже сейчас в галактике встречались индивиды, а то и целые социальные структуры, обладающие весьма пуританскими взглядами на вопрос подобных очень тесных взаимоотношений. К счастью, среди людей науки, наделявших Нив базовыми знаниями о мире, подобные идеи не были распространены. Но сомнения, засевшие в ней, с каждым мгновением становились все сильнее и крепче. Даже ощущая это, Нив не останавливала их сумасшедший поцелуй - помутненному такими сильными любовными переживанию сознанию нужно было время на то, чтобы принять хоть какое-то решение.
Смелость, которой Нив была переполнена, когда без лишних размышлений набросилась на Аарона, куда-то испарилась. Он не казался ей менее привлекательным, но граница над которой Нив уже словно бы занесла ногу... Сможет ли она преодолеть ее прямо сейчас? Хочет ли она этого?
Дискомфорт, вызванный собственными сомнениями, серьезно подрывал общее удовольствие от процесса. Влечение, которое она испытывала к Аарону, никуда не девалось, но по ту сторону словно бы лежало откровение, время которого еще не пришло. И отстранившись в очередной раз, чтобы перевести дыхание, Нив немного отстранилась, вытирая губы тыльной стороной ладони, пока растерянный взгляд ее блуждал где-то в стороне. Ситуация требовала чего-то сказать или сделать, но она понятия не имела что и как.
Так что оставалось только пытаться отдышаться и лихорадочно соображать - как же быть дальше-то. Положение требовало скорейших решений, вопрос был сложным, а распаленное сознание упорно отказывалось работать как надо.
Да уж, играючи, она вступила в такую сложную для понимания плоскость. Хотелось надеяться, хотя бы на то, что Аарон с пониманием отнесется к ее ошибкам, если что.
Отредактировано Niev (2017-03-12 04:54:32)
Аарон приподнялся, опираясь на локти. Что-то не так. Он уткнулся взглядом в обезумевшие от волнения глаза Нив. Не составило труда понять, что её так затормозило. Сейчас, пытаясь понять чувства девушки, он осознал, что и сам сомневается. В его собственных глазах легко читается дикое "хочу, хочу, очень хочу! Но могу ли сейчас?.." Нив молчала, с каждой секундой, кажется, сильнее впадая в ступор. Аарон тоже молчал, тяжело дыша и собираясь с мыслями. С одной стороны, если сейчас никто из них не готов, можно вовремя остановиться на хорошей ноте. С другой стороны, если сейчас было так хорошо, дальше может быть ещё лучше! Что же делать?
- Нив... - голос сиплый, дыхание сбилось - Ты... Я понимаю... Но нам... Это, того... И вообще здорово всё... А мы просто пробуем... И если никак, то хватит... И не в обиде... - Выдавил Аарон из себя, искренне надеясь, что Нив сможет уловить смысл в неловком наборе обрывочных фраз. Но, в самом деле, они же ещё не настолько далеко зашли, чтоб из-за неопытности своей впадать в панику именно сейчас. Косвенно и он, и она - люди науки, а значит обоим должен быть не чужд научный интерес. А подобный род исследований не только полезный, но и безумно приятный. В конце концов, вовремя остановиться можно и чуточку позже, отдавай друг перед другом себе отчёт в том, что это в первую очередь интересный опыт, а получить его целиком они успеют и в другой раз.
Теперь Аарон смотрел на Нив, скорее, выжидающе, без толку силясь угадать её ответ. Ему, конечно же, очень хотелось и девушку не напугать ещё сильнее, и удовольствие получить по максимуму. Имеют же они право насладиться встречей как следуют! С другой стороны, а вдруг, если зайти слишком далеко раньше времени, интерес пропадёт? Ведь тогда получится, что весь этот год они страдали зря, радовались встрече зря, познакомились зря... Нет, это ужасно, так быть не должно. Так что, если Нив понимает его и согласна, то это решение их боих. А если не согласна, то это её выбор, который Аарон просто примет и не будет оспаривать.
Отредактировано Aaron (2017-03-14 02:11:41)
Пока Нив тщетно пыталась собраться с мыслями, Аарон сказал все сам. Урывисто, немного бессвязно, но и это серьезно упростило ей ситуацию. Жар поутих, дыхание выровнялось, а рассудок постепенно возвращался в норму. Какая-то часть ее, конечно, все еще хотела продолжения, но теперь Нив совершенно явно ощущала: эту границу преодолеть она не готова. Пока что не готова. А там впереди у них еще целый год и всякое может произойти...
Ну а сейчас ей оставалось только сдавленно кивнуть и как-то неловко сесть на кровать чуть в стороне от Аарона. В воздухе снова повисло напряжение, Нив старалась не встречаться взглядом с хозяином комнаты. Ситуация, вероятно, все еще требовала каких-то слов, но каких - было совершенно непонятно, и сейчас она машинальными движениями подрагиващих рук натягивала на ноги обувь.
- Ой, смотри сколько времени, уже столовая открылась. Я, ну... Проголодалась чего-то, - было очень стыдно нести какую-то ахинею, но вариантов лучше все равно не было. И потому Нив оставалось только продолжать говорить, глядя куда угодно, но не на Аарона, - Так что я, н-наверное, пойду к себе... Переоденусь там... Позавтракаем вместе, никогда раньше ни с кем не завтракала... Виче не любит столовую и всегда ест у себя, Вирм спит допоздна и чуть ли не в полдень завтракает, а к Фридерике мне как-то неловко подсаживаться... Вот. А остальных я и не знаю как-то...
Теперь она должна была встать и пойти, верно? Но почему-то Нив продолжала сидеть на кровати, буквально вцепившись в нее руками и смущенно глядя куда-то в сторону окна. Прошла минута, другая. Для человека, сказавшего, что сейчас уйдет, ее присутствие здесь уж слишком затянулась, но Нив ощущала, как какая-то недосказанность будто пригвоздила ее к месту.
- Спасибо, - негромко пробормотала она и смущенно улыбнулась - сказать это оказалось проще, чем она думала, - Я... Я, честно, н-не знаю, что на меня такое нашло!
Даже самой Нив было не очень понятно, о чем именно она сейчас говорила - о своей внезапной неконтролируемой страсти, или о своем столь же внезапном бегстве.
- Ты... правда не в обиде? - все так же виновато улыбаясь - мол, до чего неловко вышло - Нив с явным волнением запустила пальцы в собственные волосы на затылке. И, после короткой паузы, покраснела чуточку пуще прежнего и совсем тихо добавила, - В конце концов... У нас еще много времени... Для всякого такого... Целый год...
Аарон вовсе не обижался. Он и так получил гораздо больше, нежели мог рассчитывать. Оставалось только признать, что они оба пока не готовы к чему-то ещё большему. Да и как можно обижаться на девушку, которая явно напугана, и с виду неясно, расплачется сейчас или молча убежит, спрятав лицо в ладони? И вообще, как можно обижаться на Нив? Он же решил для себя, что его устроят оба варианта.
А вот не обидел ли он Нив чем-то - это другой вопрос. Может, не стоило трогать Нив с таким безумным рвением, и именно это её напугало? Или, может, он только на вид классный парень и мечта всех девчонок, а в любовной практике совсем даже и не классный? Аарон лихорадочно соображал, что бы такого сказать в своё оправдание и как развеять образовавшееся напряжение.
Заговорила Нив. Ну, предложение вместе позавтракать - это хорошо. Значит, мысль, что Аарон сделал что-то не так, и рядом с ним быть больше не хотят, можно смело отметать. С другой стороны, вот сейчас она перечисляет тех, с кем знакома. Стоит ли расценивать это как древнюю поговорку еретиков "на безлюдье и робот - человек"? Ну, в том смысле, что Нив готова уделить ему время за завтраком только лишь потому, что больше не с кем, и в любом другом случае ему легко найдут замену? Стоп-стоп, ерунда какая-то, они ведь решили быть вместе. Не мог же Аарон, даже окажись он так себе любовником, в один неловкий момент накосячить настолько, чтоб Нив теперь была рада его видеть только за компанию к завтраку...
Хотя ну к шайтанам эти мысли мерзкие. Ведь она улыбнулась. Нив же удивительно честная: если улыбается, значит всё действительно хорошо. Но всё же, что она имела в виду на этот раз? Что не стоило так волноваться, или что предшествовавший интересный опыт был ошибкой? С другой стороны, теперь-то какая разница?
Садясь на кровать Аарон медленно и с шумом выдохнул. Потом, всего на секунду о чём-то задумавшись, просиял с таким видом, будто сейчас хлопнет себя по лбу и выбежит в коридор выкрикивая что-то о грандиозном открытии на одном из мёртвых терранских диалектов. Он, чуть краснея, улыбнулся Нив, привлекая к себе внимание мягким касанием её ладони.
- Ну тогда беги переодеваться, встретимся у столовой. Только скорее, а то я бы тоже кого-нибудь сожрал.
У Аарона больше нет причин для паники и нелепой мальчишеской паранойи. В Нив он может быть уверен абсолютно точно. Он смотрит на неё почти счастливо и улыбается, сверкая свекольно-красными горящими ушами. Не нужно волноваться. Ведь для всякого такого у них ещё много времени, целый год.
Вы здесь » Исход Терры. Тень Шинрина » Терра-3401 » 13.07.3401 — Утро для двоих
