Оставаться внутри более было решительно невозможно. Когда было все, а потом не осталось ничего, возникшая пустота слишком болезненно отзывалась в сознании. Ради интереса Нив попыталась парой часов ранее заглянуть в один из опустевших секторов. Все, на что ее хватило - молча закрыть дверь и уйти прочь.
Так что корабль она ждала снаружи, у платформы, коротая время за теми дурацкими игрушками, которые могли предоставить ее существенно более ограниченные по возможностям, чем терминал хранилища, гаджеты.

А когда на небе забрезжал металлово-белый корпус корабля, когда поднялся ветер и сверху донесся характерный гул, Нив спешно поднялась на ноги и выбежала к площадке. Тяжелые створки разъехались, на землю опустились шасси, а по ним сошел высокий мужчина с длинными светлыми волосами. Да, Нив Мезьер - это я, приятно познакомиться, мистер Лоренсен. Да, база опечатана согласно протоколу такому-то, документация отправлена соответственно приказу номер такой-то, нет, помощь не нужна, и благодарю за сопровождение. Обмен любезностями, в сущности, был недолгим, но по мнению Нив неприлично затянулся - в конце концов, именно здесь должна была состояться ее первая встреча со старым другом.
Впрочем, девочка стоически вынесла всю скучную болтовню, и, как только предоставилась возможность, поспешила внутрь.

Вёрчью и впрямь был здесь - казалось, словно на бедолагу взвалили неподъемную тяжесть. Ну, оно и понятно. Всю жизнь провести в невесомости, а потом ощутить пресс гравитации... Наверное, ощущение не из приятных.
Виче, впрочем, выглядел слишком недовольно даже для того, кого впервые в жизни придавило атмосферой, и Нив понимала почему. Ей ли жаловаться на дальнейшую невозможность использования терминала точки три в личных целях? Тут человека из владыки сети разжаловали в школьника, вообще-то! Но Нив была уверена: Виче привыкнет, ему тут понравится. Ну или просто ей так хотелось думать от радости присутствия кого-то живого и осязаемого рядом.

Смотреть в окна Нив не хотела, но стоило их кораблику набрать высоту, как она словно бы вперилась взглядом в свою базу. Удивительно: здесь она провела всю жизнь, но в последний раз смотрела на нее с такого ракурса, с какого не видела еще никогда. Сейчас это место запечатлится в ее памяти таким, а через несколько лет его уже не станет.
Было грустно, но Нив старалась не выдавать свою тоску. Переведя взгляд на Виче, чье лицо выражало плохо скрываемую скорбь вселенских масштабов, Нив заговорила. Болтала она обо всем: сокрушалась, что не показала ему миленьких-премиленьких детенышей выдры в секторе KG084, хвасталась рекордами в тех дурацких играх, за которыми коротала свое ожидание, высыпала на него целый ворох случайных фактов о вымерших видах тундрового лишайника, образцы которого хранились только под ее надзором. Виче даже отвечал - сдержанно, в большей степени односложно, но отвечал. Единственные вещи, о которых они не говорили - это те места, которые они навсегда покинули, и будущее.

Корабль медленно шел вниз, под ними рыжели платформы космопорта. Нив поднялась не в пример легче, чем Виче, который, однако, держался на ногах с недюжинным упорством.
Створки дверей снова разошлись в стороны, плавно выехали и уперлись в землю шасси. Голос Виче прозвучал неожиданно, хотя говорил он совсем негромко.

- Неа, - девочка с улыбкой покачала головой, - А кто вообще может быть к такому готов-то?

Жарко снаружи было даже по меркам всегда жившей на Терре Нив, а уж что испытывал бедолага Виче, и представить страшно. То ли чтобы приободрить его, то ли чтобы взбодриться самой, она совершенно бесцеремонно сжала его ладонь в своей.

- Ну чего, идем? - легонько дернув его за руку, задала абсолютно риторический вопрос Нив.

Стоило признать, что Нив была его якорем, маяком, называйте, как хотите, важно было то, что это было знакомое лицо, принадлежащее его виду – и это внушало хоть какую-то уверенность. В одиночку, возможно, он бы сник – тоска по безграничной свободе, по привычному существованию, по взлелеянной им сети связи, в которой он мог всё, даже невозможное, была совершенно невыносима. Но рядом была Нив, и её болтовня о детёнышах выдры и лишайнике заставляла цепляться за реальность и не уходить в себя. Скорбь ушла с его лица, заменяясь каким-то вымученным спокойствием – он даже интересовался чем-то, что-то отвечал и спрашивал, но почти не запоминал ничего из сказанного.
На предоставленный им набор развлечений он посмотрел с горечью – терминалы, которые были в корабле, даже сравнивать нельзя было с его собственным, спрятанным от глаз Деметры – при передаче «хозяйства» он весьма честно продемонстрировал его, якобы заблокированный по всем фронтам, набитый ворохом игрушек и электронных книг. Ему оставили этот небольшой «подарок», сейчас бережно спрятанный под розовой кофтой, и «вернуться» было чуточку проще. Но бегать по чёрному ходу туда, где он ещё совсем недавно ходил свободно и с полной хозяйской властью…
Неудивительно, что он только слегка кривился при виде примитивных электронных гаджетов.

– К выполнению новой задачи можно и нужно быть готовым, – в голосе Вёчью скрипело плохо скрываемое занудство, – Мы, в конце концов, не однозадачны.
…Хотя от этого ни капли не легче, хоть сколько себя убеждай, приходилось держать себя в руках, иначе же трусливые привычки требовали сделать какую-то глупость. Например, потребовать вернуть его туда, откуда забрали. К чёрту Солнце. К чёрту Терру.
Но как бы он на себя после этого смотрел?
Нив вцепилась в его руку, то ли волнуясь, то ли и правда пытаясь помочь – уставший бороться с гравитацией Вёчью смирился и с этим.
– Да, разумеется, – бросил он, прежде чем шагнуть вперёд. Духота, ударившая ему в лицо,  была несравнима с прохладцей его станции, где климат долгие годы поддерживался на одном и том же уровне. Ещё один удар по моральному состоянию, который придётся выдержать.
Если он правильно понял из видеозаписей, то по ощущениям он был как лягушка, вынутая из воды. По крайней мере, в её дёрганых движениях, зафиксированных камерой, прослеживалась сходная с его ощущениями мучительность.
– Приветствуем вас, – как «старший», Вёчью решил разобраться с формальностями в одиночку – короткий кивок головы, принятый в свободную руку зонт, который он не постеснялся раскрыть сразу же, в надежде на то, что будет полегче. В конце концов, он видел, как их применяют. Руку Нив он всё-таки отпустил, полагая, что ей будет труднее справиться с зонтом одной рукой – сам-то едва смог, и прибавил, – Вёчью Клэрити, восьмая станция «Селестиал». Нив Мезьер, –  он поморщился, припоминая, – Точка семь, заповедник. Так?
Вёчью бросил короткий взгляд на Нив, явно адресуя ей последний полувопрос, и вскинул зонт, пытаясь прикрыться.
Впрочем, с зонтом вышло несколько разочаровывающе – от духоты было не спастись, только от прямых солнечных лучей, вовсе не чудо техники, которое охлаждает и поддерживает микроклимат. Хотя в тени было самую малость полегче. Он покорно взглянул наверх и с трудом удержался от протяжного вздоха.
То есть, вот так это будет выглядеть на ближайший год? Нет, речь шла не о разбивающихся каплях дождя, которые, с определённой натяжкой, можно было принять за взрывающиеся звёзды, но то, что это выглядело тоскливо… разнообразным?
Не было совершенного порядка космической системы, не было тишины, которая убаюкивала. И да, гравитация.
– Откажусь. – уклончиво ответил Вёчью на прямой вопрос. Для создания, десять лет пишущего сородичам письма о том, насколько люди уродливы в рамках эволюционных издержек, принимать помощь человека, да ещё и на глазах Нив, попахивало падением. Но, это важно, никакой грубости. Просто мнимое – пока что, пока его так давит гравитация – впечатление независимости.
Вещи? Нечего сказать, вещи. Всё, что было ему нужно, при нём, включая поистрепавшуюся розовую кофту, да терминал под ней, надёжно прикрытый и закреплённый ремешком. То, что привезут позже, это не вещи, а обезличенные приспособления.
– Я… – он осёкся, взглянул на Нив и прибавил чуть более чётко, – Пусть решает Мезьер.

Отредактировано Virtue (2017-02-19 13:02:08)

Рука Нив выскользнула из под зонта. Пальцы ловили капли дождя и будто ощупывали стремительно сыреющий воздух. Без экранирования и впрямь стало гораздо лучше, и Нив почти что испустила вздох облегчения, наконец-то позволив себе вздохнуть полной грудью. Вода стекала по пальцам, ладони, запястью, и это ощущение было скорее приятным, чем нет. Ну чтож, здесь действительно можно дышать полной грудью без респираторного оборудования и климатических систем. Уже лучше, чем могло бы быть.
Дождь усиливался, редкие капли даже попадали под зонт, на волосы и лицо. Непривычное ощущение, тем не менее, не было неприятным, но повторять отчаянный ход Виче, который подставился каплям дождя, она, тем не менее, не рисковала. Под защитным куполом зонт раскрыл, а под дождем закрыл. Чудной.

Внутри машины было даже по-своему уютно, а стекающие по стеклу капли и мерный стук их стук действовали на Нив почти убаюкивающе. Припав к оконному стеклу в дальнем конце сиденья, она словно бы старалась занимать как можно меньше места - очень не хотелось мешать и без того утомленному Вёчью.
Монотонный пейзажа за окном выглядел до смешного инопланетным. Нив все это видела, но по частям. Она видела эти деревья и знала, как они называются, но никогда не видела их стоящими в таком отдалении. Она видела мокрое, отблескивающее дорожное покрытие, но никогда не видела его протянувшимся до горизонта. В конце концов, она видела макеты домов, предназначенные для симуляции экосистем в ноосфере, но сами дома впервые на ее глазах выплывали из затуманенной сыростью дали.
Краем глаза Нив посматривала на товарища - для Виче пейзажи за окном, похоже, не представляли никакого интереса. Как и беседа, которую с ними вел мистер Лоренсен. Как и вообще все происходящее.

И оттого Нив легонечко вздрогнула от того, как резко и взволнованно (для кого-то, никогда не демонстрировавшего склонность к излишней эмоциональности!) зазвучал его голос. Такая реакция буквально вынудила ее отлепиться от залитого каплями дождя оконного стекла и чуть внимательнее слушать то, о чем говорит их сопровождающий.
Виче высказался и Нив, выдержав небольшую паузу, тоже неуверенно подняла руку, словно бы повторяя его жест.

- И я... Я тоже хотела бы спросить, - рука опустилась, пальцы сцепились на коленях в замок, - Как будет происходить наше перераспределение? То есть, хмм... Ходили слухи, что все уже решено. А если не решено, то решится... без нас. Это правда?

Договорив, она почти смущенно отвела взгляд в стороны. Нив слабо представляла себе, как и кем проводятся такие процедуры, и потому с одной стороны она ощущала себя чудовищно глупо, а с другой, не спроси сейчас, и эта мысль глодала бы ее весь год.
Хорошо, наверное, Виче. Куда бы его не перераспределили, это будет мало отличаться от его жизни до, и его это вполне устроит. А вот выдержит ли она еще десяток-другой лет в таком режиме - вопрос сложный? Но одно Нив знала точно: как бы ей ни было жаль утраченного, ей все же не хотелось возвращаться к своему одинокому существованию в невыносимо знакомые стены.

Насчёт душа Вёчью был абсолютно согласен – он даже коротко кивнул, правда, не проронив ни слова. И не из-за дождя, а из-за первого контакта с Террой в целом, после которого хотелось хорошенько отмыться, до прежней, космической стерильности. Едва ли это было продиктовано брезгливостью, скорее, раздразнённое восприятие всё ощущало слишком уж ярко (и предвзято тоже), а фантазия, пусть и сугубо прагматическая, дорисовывала картину липнущих к телу невидимых пылинок, живых организмов и всего, чего не было в многократно очищенном искусственном воздухе станции «Селестиал». От такого действительно хотелось отмыться, пока не развились первые симптомы психосоматики, но потом взять всё под контроль, иначе, если не прекратит придумывать, будет чесаться целыми днями.
К этому тоже придётся привыкать.

Вот уж к чему он был не готов, так к вниманию всех присутствующих. Нив, отлипшая от окна, Лейф, кажется, поразившийся его подрагивающему голосу – мало приятного ощущать себя странным. Вечью вдруг осознал, что чужие взгляды раздражают его больше, чем липкая от влаги одежда, нет, заставляют чувствовать себя изучаемым. Как будто его подали на блюде, и все разглядывают, что у него внутри, делая свои выводы, на которые он повлиять не мог.
Это было… странно.
– Да, я понимаю. – голос его вернулся к прежнему ровному спокойствию, а взгляд бездумно скользнул по лицу Лейфа, не запоминая черт, – Это был глупый вопрос. Извините.
Если подумать, он сам не понимал теперь, чему удивился. Это для него учебное заведение было первым (и единственным), а потому, в силу особенностей мышления, обычным. Для Лейфа оно изначально было необычным, вот и вся разница. Стоило прекратить нервничать и перестать искать во всём подвох.
Вернуться назад – и то, не совсем, – можно будет только через год. И уже не на «Селестиал», а куда-то ещё, в другую систему, прочь от постепенно умирающей звезды. «Селестиал» было почти жалко, его обезличенные коридоры, смотровой зал, кольцевая архитектура – всё это было привычным, обнадёживающим, вечным, можно сказать. Если бы Вёчью был привязан к вещам, он бы искренне пожалел, что «Селестиал» нельзя забрать с собой. Для передвижения он попросту не предназначен.
Однако, на «Селестиале» было то, о чём он имел полное право беспокоиться. Нет, не так, он должен был об этом беспокоиться.
Но теперь, наученный опытом, Вёчью не спешил. Он молчал, пока давался ответ о распределении, который, если начистоту, мало его волновал: неважно, где будет его новая станция, функции останутся теми же, а звёзды – лишь условности, части великой системы, не больше. Он молчал, пока их вели к жилому зданию, в сравнении с которым «Селестиал» был чем-то прекрасным и совершенным, хотя делался по устаревшей архитектуре – Вёчью знал это, покопавшись в документации. Под ключи он подставил ладонь, будто не интересуясь ими вовсе, и лишь потом, когда был задан последний, почти формальный вопрос, он заглянул в разноцветные глаза, и твёрдо, пусть и понизив голос, заговорил:
– Сервера «Селестиала». Их перевезут в новую систему вместе со мной?
Сеть, выросшая из земной глобальной сети, объединявшая всю Солнечную систему и перекликавшаяся с остальными, физически всё ещё зависела от висящей в пустоте станции, хранясь огромными массами информации на её серверах. Разумеется, она была там не вся – сервера были раскиданы и по Терре, и по другим станциям, но основная масса принадлежала именно «Селестиалу», и Вёчью осознавал, что это его беспокоит.
Сервера умирающей системы. Что, если они никому не будут нужны?
– Что с ними будет? – ещё тише и осторожней поинтересовался Вёчью, сжимая ключи.

Отредактировано Virtue (2017-02-23 00:13:16)